Введение

Основная задача, которая решается в рамках рассматриваемой ниже технологии - дать полноценное представление или описание субъектом объектов (явлений), пригодное для последующего предсказания их количественных и качественных трансформаций в процессе взаимодействия, не только в области естественных, но и гуманитарных наук. Используемый подход мы назвали семантическим, поскольку он реализует смысловую интерпретацию мира.

Сущностью смыслового анализа является полноценное представление объекта любого типа с помощью "естественного" для нашей ментальности способа восприятия и описания мира через некоторый набор его свойств. Общим инструментом такого описания для всех наук является язык (любая знаковая система). Поскольку сам объект и его знаковое описание - понятия абстрактные и не зависят от его природы, то должны существовать и общенаучные способы его анализа, и различия между гуманитарными и естественными науками, по существу, являются мнимыми. И в том и другом случае наука исследует не сам мир, а его ментальное отражение - наше представление о нем.  Различные отрасли науки используют для этого свою знаковую систему и систему понятий. Однако, несмотря на различия, связанные с конкретной историей и условиями развития, все языки имеют общее основание и источник: витальные потребности, способы ориентации и взаимодействия с миром, обусловленные нашей принадлежностью к виду "homo sapiens".

Положения и аксиомы, на которых строится семантическое пространство, имеют свою биологическую детерминацию в виде определенных эволюционно сформировавшихся механизмов адаптации индивида к окружающей среде. Это, прежде всего, устройство рецепторов и мозговых структур, обеспечивающих нам способность на психологическом уровне связывать наши ощущения с протекающим взаимодействием в системе "организм - среда" и отражать результаты этого взаимодействия на внутренней "ментальной карте" субъекта [2]. Ментальная карта фактически является субъективным образом мира, который мы строим, опираясь на показания наших детекторов - органов чувств, так как непосредственное восприятие его субъектом невозможно. По существу и чувственное представление мира субъектом является знаковым. Правда, в отличие от языка, эта знаковая система (первая сигнальная система) является средством субъективного представления мира, а не средством общения. Адекватность ментальной модели мира определяется тем, насколько хорошо мы адаптированы к окружению и способны удовлетворять наши потребности. В настоящее время человек далеко вышел за пределы своей "естественной" среды и условий существования, в рамках которых эволюционно формировались механизмы его адаптации к окружению. Это неизбежно приводит к определенным сложностям и парадоксам в восприятии и описании этих новых условий.

Мы исходим из того, что субъект получает информацию о взаимодействии с внешней реальностью в виде ощущений различной модальности, которые он соотносит с качеством, а их интенсивность с количеством. Генетически детерминированные механизмы адаптации к внешней среде позволяют индивиду выделять устойчивые отношения между различными ощущениями и соотносить их со свойствами объектов, в отношении которых специализированных рецепторов не существует. Эти же механизмы позволяют нам выделять наборы свойств, инвариантные некоторому классу преобразований, и соотносить их на ментальной карте с объектами. Причем, это соотнесение  реализуется у индивида, как правило, неосознанно. Все вышесказанное справедливо и в отношении определения социальных объектов и свойств.

Рефлекторные механизмы высшей нервной деятельности генетически "запрограммированы" на выделение из потока ощущений устойчиво связанных некоторым классом отношений гештальтов или категорий, которые на ментальной карте соотносятся с объектами. Выделение свойств, гештальтов и объектов идет в направлении наиболее важных для выживания потребностей (первоначально - биологических, поскольку безусловные рефлексы генетически ассоциированы именно с ними).

Сходство классов ощущений, потребностей, механизмов адаптации к среде и условий существования создает базовые предпосылки к родовому сходству ментальных карт и возможности внутривидовой коммуникации, которая получила максимальное развитие у человека и привела к появлению второй сигнальной системы или языка. Потребность в коммуникации, первоначально стимулируемая инстинктом сохранения рода и вида, необходимостью передавать смысловую информацию и координировать совместную деятельность, приводит к еще большему ментальному сходству в рамках носителей одного языка. Таким образом, унификация ментальных карт происходит уже не только за счет родового или территориального, но и языкового и, далее, культурного и экономического фактора. Однако эти же факторы приводят и к определенным различиям в рамках конкретных общностей.

Своеобразие унификации социально обусловленных компонентов ментальных карт различных общностей определяет менталитет.

Чтобы адекватно понимать и эффективно предсказывать поведение индивида или социума в данных условиях, необходимо построить, как минимум, фрагмент их ментальной карты, соответствующий этим условиям. Очевидно, что "разметку" карт следует начинать с выделения базовых свойств, которые данная ментальность использует в описании этих условий, и определения соответствующих шкал, для последующего тестирования. Это уровень исследования предметного значения явлений, который следует отличать от последующего смыслового, опирающегося на контекст.

Возникновение языка оказало глобальное воздействие на наш способ отражения внешней среды и адаптации к ней. Доминирующим стало левое полушарие, реализующее последовательный, аналитический принцип описания мира и это во многом определило тип и историю нашей цивилизации. Мозговые (левополушарные, в норме, связанные с языком) аппараты обработки информации таковы, что позволяют представлять нашему сознанию акты восприятия последовательно [4]. Это приводит к тому, что на ментальной карте субъекта объект может описываться в исключающих друг друга "дополнительных свойствах". Противоречие снимается тем, что одновременно они наблюдаться не могут, так как включены в описание различных состояний, реализующихся в исключающих друг друга условиях. Фактически свойства являются своеобразными маркерами, с помощью которых субъект "размечает" свою ментальную карту и описывает мир.

Таким образом, семантический анализ исследует: как субъект описывает и моделирует на ментальном уровне мир, как структурно организованное и упорядоченное целое, в каких смысловых единицах его познает, и как эти семантические компоненты определяют самого субъекта и его взаимодействие с миром.

Семантический анализ позволяет проследить генезис становления наших представлений о мире, естественным образом связывая их с эволюционным процессом.

Прежде всего, нам следует ответить на вопрос, - а зачем вообще субъекту создавать этот психокосмос? Очевидно, что движущей силой здесь является нужда в восполнении необходимых ресурсов различного типа, которую мы соотносим с соответствующими потребностями. Классификация потребностей может быть различной степени детализации и всегда соотносится с необходимым ресурсом. Но само понятие нужда содержит две независимые смысловые составляющие: необходимость чего-то и переживание в отрицательных эмоциях недостатка, а достижение ресурса - в положительных. Первый компонент отражает только логическое отношение и указывает на ресурс, а второй - по принципу кнута и пряника - побуждает субъекта к его поиску и достижению. Важно отметить, что субъект побуждается извне, а не изнутри. Существуют определенные генетические подпрограммы, "апробированные" эволюцией, стимулирующие выработку в организме наркотика - эндогенных морфинов (эндорфинов), побуждающих субъекта к определенному типу поведения. Следует также различать понятия субъект и организм. Организм является только одним из необходимых условий существования субъекта. Таким образом, несмотря на значительную свободу, предоставленную человеку природой по сравнению остальным животным миром, основная часть его активности, вернее, ее направленность, предопределена эволюцией. Это означает, что истинное раскрытие смысла потребности следует искать не в субъекте, а в содержании эволюционного процесса его создавшего.

Потребность в необходимых ресурсах подразумевает и наличие необходимых инструментальных средств у субъекта для их достижения, и наибольшую роль в семантическом анализе играют средства ориентации в мире, без которых реализации потребности была бы невозможна. На органном уровне они соотносятся с органами чувств, а на субъективном - с ощущениями. Ощущения делятся на модальности или классы. Каждая модальность может распадаться на отдельные составляющие, соотносимые со свойствами мира. Ощущение является "маркером", идентификатором некоторого качества мира, который стоит за данным процессом раздражения и соотносится со стимулом. Кроме того, в ощущениях отражается и количественная сторона качества - его интенсивность или выраженность.

Мы исходим из того, что у субъекта нет ничего, кроме ощущений и нет никакого способа узнать, что стоит по ту сторону ощущений. С точки зрения семантического анализа спорить о том, что скрыто за ощущением - бессмысленно, главное - правильно ориентироваться в мире в поисках необходимых ресурсов. Таким образом, реальность дается нам в субъективных ощущениях, "отражающих" какие-то "свойства" внешнего мира. Объективность реальности отражается в эффективности, с которой мы способны удовлетворять наши потребности, сообразуясь с той моделью (семантической картой) мира, которую мы сумели построить, основываясь на наших ощущениях в процессе адаптации к нему. Усложнение условий существования и развитие потребностей неизбежно приводят к выделению все новых вторичных, более сложных по семантике свойств, необходимых для описания мира и ориентации в нем.

При взаимодействии с реальностью, стабильные сочетания свойств интерпретируются нами как объекты. С точки зрения семантики объекты - не более, чем удобный способ описания в семантическом пространстве стабильно повторяющихся "комплексов ощущений" в некоторых условиях. С формальной точки зрения объект - это фактор, связывающий свойства в определенном отношении и с исчезновением условий, его определяющих, "исчезает" (изменяется) и объект. Таким образом, любой объект может быть представлен в виде точки (области) семантического пространства, каждое измерение которого отражает независимое свойство.

Базовые потребности (инстинкты) субъект удовлетворяет, используя как внутренние, так и внешние средства (объекты). В языке объекты обозначаются словами, являющимися, с одной стороны, ярлыками устойчивых комплексов ощущений "добычей" органов чувств, а с другой стороны, - смысловыми единицами "ментальной карты" - результата адаптации субъекта к миру.  То, что объекты "погружены" в семантическое пространство, легко обнаружить уже потому, что мы соотносим их по степени смысловой "близости-удаленности".

Использование слов-ярлыков для обозначения объектов, безусловно, ускоряет процесс общения, если они имеют статус общепризнанных понятий и им сопоставлены определенные лексические "координаты". Если они еще отсутствуют в нашей модели мира, то их приходится определять через набор свойств или соотносить с другими. В этом случае нам приходится явным образом указывать значимые свойства объекта и их относительную выраженность.

В языке любой объект характеризуется через некоторый набор качественных признаков, имеющих количественную характеристику их интенсивности: и может быть представлен как вектор в некотором - мерном пространстве свойств. Шкала оценок каждого свойства может задаваться отрезком прямой с обозначенными концами и отмеченной нейтральной точкой.

Таким образом, объект можно формально описать, как некоторый фактор или направление, на которое проецируется ряд векторов-свойств. Для нас принципиально важным является наличие предельных точек или "идеалов" на этой шкале, что делает ее конечной и, как мы покажем далее, - нелинейной при приближении к ним. Иное задание шкал делает ментальную карту бесконечной ("необозримой") и практически непригодной для целостного описания мира. Наличие в нашем языке предельных понятий, соответствующих идеалам, подтверждает это. Более того, любое понятие прямо или косвенно должно соотноситься с идеалами и фактически изначально формируется как некоторая идеализация реальности. Такое представление имеет свои генетические предпосылки: для того, чтобы эффективно и целенаправленно реализовывать свою деятельность, индивид должен корректировать ее в отношении достижения некоторой цели - идеала, представленного ментально.

Идеалы ограничены потому, что мы живем в ограниченном мире, ограниченное время и все наши органы чувств ограничены в отношении интенсивности раздражения. Понятия "бесконечность", "неограниченность" вообще незаконны в нашем языке и внутренне противоречивы, так как любой термин ограничен. "Термин" это имя древнейшего божества границы, который устанавливался в античности на рубеже земельных владений. "Термин" это знак чего-то, а необходимым условием существования знаковой системы является выделение и разделение (т.е. проведение границы). Наличие границы является необходимым условием существования и самого субъекта отличного от объекта и такого понятия, как "взаимодействие".

Таким образом, эталон - это предельное совершенство данного свойства как качества, а не безграничность - количественная бесконечность его интенсивности или неограниченная точность количественного определения.

Нулевая или средняя отметка шкалы задает наиболее вероятное, "привычное" значение интенсивности свойства в данной популяции, поскольку привычный, монотонный раздражитель перестает вызывать ориентировочную реакцию организма и практически на сознательном уровне не воспринимается.

Пространство качеств, определенное выше, чтобы стать семантическим, нуждается в существенной доработке, так как не дает полноценного описания объектов при исследовании их взаимодействий. Оно не содержит очень важной характеристики любого свойства со стороны "динамичности инертности" или "флексибильности ригидности".

Таким образом, необходимым компонентом любого свойства, без которого, оказывается, невозможно дать полноценное описание взаимодействующих объектов, является их характеристика со стороны динамичности, то есть в отношении степени инертности (ригидности) при воздействиях, направленных на их изменение. Аналогом здесь может являться невозможность описание физического взаимодействия без показателя инертности (массы) такого свойства, как скорость.

Описываемая технология разрабатывалась первоначально для исследования ментальности в рамках психосемантики и использовалась для выделения независимых смысловых компонент, детерминирующих процесс восприятия субъекта (или группы), и последующего моделирования психологических механизмов оценки социального окружения. В процессе ее использования, мы обнаружили, что ряд соотношений, получаемых при семантическом анализе, в точности совпадает с некоторыми законами физики. Поскольку все науки используют общий категориальный способ описания и ментального представления мира, то в любом научном знании должны присутствовать, помимо специфических законов, связанных с конкретными явлениями реальности, изучаемыми данной наукой, - общие законы, связанные со способом восприятия и ментального представления этой реальности субъектом. Нас интересует вопрос: как наша ментальность, то есть способ отражения мира, сказывается на нашем знании о нем? Существуют ли общие неспецифические закономерности в рамках любой науки, связанные с "топологией" нашей ментальной карты, которые возникают только из-за особенностей представления реальности на ней?

Прежде всего, нас интересует семантический анализ социальных явлений, но, к сожалению, полноценное семантическое описание в социологических теориях отсутствует, и проверять теоретически последующие построения на социологических данных невозможно. Однако, поскольку формальное описание объекта в рассматриваемом ниже семантическом пространстве не зависит от его природы, мы можем для контроля применять его к простейшим физическим объектам. Это ни в коей мере не является "физическим редукционизмом",- просто способ описания внешней реальности на ментальной карте субъекта универсален и не меняется от того, какой объект и в каких свойствах описывается. Это не более, чем знаковая абстракция. Для нас физические сопоставления, прежде всего, - удобная возможность теоретической проверки адекватности метода, поскольку именно в физике мы смогли найти наиболее развернутое и полноценное описание свойств, гештальтов и объектов. Если семантическое описание физического объекта не приведет к противоречиям на уровне известных физических законов, то это может служить теоретическим подтверждением полноценности такого описания, пригодного в отношении любых объектов. Только поэтому некоторые теоретические построения в этом разделе будут сопровождаться физическими примерами, но это никак не связано с какими-либо ограничениями в использовании метода в рамках других наук естественных или гуманитарных.

Главная | Содержание | Следущая